March 17th, 2015

Romans

боткин.

Хороший описатель! Но как ему не лень так пространно всё описывать (и при этом вполне читабельно и небезынтересно)! Завидую... я бы так не смог.

В Севилье в редком доме нет нескольких отличных картин; но самое замечательное собрание принадлежит дону Анисето Браво; этот страстный диллетант купил дом, в котором жил и умер Мурильо, и собрал в нем превосходную галерею картин исключительно одной севильской школы. Он водил меня по ней с самым обязательным радушием, наслаждаясь моим удивлением. Я видел тут превосходные картины художников, имена которых совершенно неизвестны в Европе. Дон Анисето – самый ревностный испанец, и для него весь мир существует только в Испании. Впрочем, все испанцы таковы. Нет народа, который бы с большим негодованием бранил, всячески порицал свою страну, видел в ней только одно дурное, и в то же время я не знаю народа, более гордящегося своею национальностию. Особенно иностранцу надобно быть осторожным при этом негодовании испанцев, если он хочет сохранить себе радушие своих здешних приятелей: пусть только присоединит он свой голос к их страстным порицаниям, то, при всей изящной вежливости испанцев, он тотчас же увидит, с какою враждебностью смотрят они на все иностранное и как каждый здесь от всей души убежден, что все, что ни пишут в Европе об Испании, есть вздор и ложь. По их словам, Испания и богата, и сильна, и промышленна: стоит только устроить хорошее правительство, и Испании некуда будет деваться от благоденствия. Но при слове "правительство" тотчас же начинаются разногласия. "Умеренные" ненавидят правительство прогрессистов, прогрессисты – правительство умеренных. Трудно представить, до какой степени сильны здесь политические ненависти: один адвокат в Мадрите признавался мне, что теперь в кофейных нельзя ни о чем другом говорить, как о театре и самых пустых предметах; всякий разговор, касающийся политики, ведет к ссорам и неприятностям, и самые искренние друзья становятся врагами.
Romans

красная армия в 20-е годы

Вопрос: «Товарищ командир, вы говорите, что в хороших квартирах живут люди с большими животами – почему их не выселят и не поселят рабочих? Ответ: «Нэпманов выселять не можем, так как, выселяя их, можем нажить себе врагов». Вопрос: «Каким образом с переходом на 7-часовой рабочий день производительность труда поднимается?» Ответ: «С переходом на 7- и 6-часовой рабочий день рабочий имеет возможность подработать на стороне». – Товарищ групповод, в СССР больше аэропланов, чем у Франции и Англии? – Меньше. – Почему? – Мы воевать не собираемся.

.   .   .   .   .   .   .

Крестьянский мозг красноармейца с ограниченным языковым кодом функционировал в режиме простых понятий и образов. Он не переваривал длинных фраз с придаточными предложениями и сложной терминологией, абстрактных рассуждений, не связанных с повседневными реальными заботами красных воинов. Прямой вопрос мог вызвать только прямой ответ. На вопрос руководителя, кто такой Калинин, красноармеец отвечал: «Человек». На вопрос групповода «Какой водный путь есть из СССР в САСШ?» красноармейцы хором ответили: «Не ездили, товарищ командир».

.   .   .   .   .   .   .

Некоторые воины-комсомольцы полагали, что эсеры – это партия господ, поскольку термин «эсер» происходит от английского слова «сэр». Даже простое русское слово «нежность» толковалось некоторыми крестьянами в шинелях как «буржуйская женщина».


(Из книги Александра Рожкова "В кругу сверстников")