September 24th, 2017

Romans

"ковентри возрождается"

Все прошло. Все. Снесено навсегда. Сровняли и мусор увезли на свалку. И никто не пытался этому помешать, потому что никто не знал, к кому обратиться и что сказать; людей просто заворожило слово «прогресс», которым оправдывали все. Вместо этих зданий построили дорогу. Она бежала вокруг центра, отсекая от него реку и парки, загоняя пешеходов под землю в вонючие переходы, где телекамеры, поставленные с целью охраны людей, следили за их беспорядочным передвижением.

Я добралась до вершины холма и стояла теперь напротив вокзала. Я взглянула вниз, на крошечный город. Шпили покинутых церквей вонзались в небо. Слева от меня был «Бутербродный центр», справа — «Банковский центр», позади — «Транспортный центр». Все три вывески были сделаны из светящегося оранжевого пластика, по которому в наклон, словно пьяные, тянулись черные буквы. Я повернулась и заглянула в окно «Транспортного центра». Человек с усталым лицом сидел за конторкой и что-то говорил в микрофон. Над ним висело объявление, написанное цветными фломастерами:

Collapse )
Romans

(no subject)

Зачем мы выращиваем подсолнухи? чтобы жарить и лускать семечьки?
Нет. Чтобы было красиво - и чтобы синичкам клевать.
Romans

(no subject)

В википедии есть не всё.
Например, в ней картинка "Испанские солдаты покидают Париж", но нет картинки "Испанские солдаты входят в Париж" :) Во всяком случае, варианты RU, EN и FR умалчивают о том, что испанский гарнизон (фактически немцы и швейцары, но под испанской командой) находился в Париже в 1591-1594 гг. А добрые парижане терпели эту гадость в силу своих религиозных предрассудков.
У короля Анри 4-го предрассудков было меньше, религию он менял как возлюбленных, и стоило ему молвить "Париж стоит мессы", как оккупанты удалилис.

Romans

(no subject)

Раз уж мы вспомнили доброго короля Анри, то вот из старинного (2008) поста моего:

«Людовик XIII, родившийся через год после женитьбы Генриха Наваррского на Марии Медичи, воспитывался не только вместе с другими законными детьми своего отца, но также с незаконными – тремя рожденными от Габриэль дЭстре, двумя от маркизы де Верней, одним от графини де Море и тремя от Шарлотты дэз Эссар».

Увы, он не унаследовал склонности своего великого отца к прекрасному полу:


«Проявлять свои любовные наклонности король начал прежде всего к своему кучеру Сен Амуру. Затем он почувствовал склонность к Арану, псарю… Великий приор де Вандом, маршал де Сувре и Монпуллен ла Форс, остроумный и добрый молодой человек, но уродливый и рыжеволосый… один за другим были удалены королевой-матерью. Затем появился месье де Люинь… А о других поговорим, когда придет время». [«Другие» – это Баррада и Сен-Мар.]