lemuel55 (lemuel55) wrote,
lemuel55
lemuel55

Лея Любомирская

...сходились молча, деловито, по одному и парами, некоторые женщины взяли с собою детей, дети тоже молчали, даже младенцы на руках, только кряхтели, пытаясь ворочаться, одеты все были, как будто их только что подняли с постели и не дали времени собраться – в халатах поверх пижам и ночных сорочек, в клетчатых шлепанцах, в меховых домашних туфлях с заячьими ушами, одна совсем юная пара, едва прикрытая канареечно-желтым банным полотенцем, приплясывала босиком на гладких камнях брусчатки, но не просыпалась, глаза обоих были закрыты, только у девушки подрагивали ресницы, да судорожно двигались глазные яблоки за опущенными веками, в этом и заключалась главная странность, все они спали, спали глубоко, крепко, покойно и размеренно дышали, дети доверчиво посапывали, огромного роста рыжий мужчина в красных атласных штанах и с голым куполообразным, густо поросшим шерстью животом, раскатисто храпел и при этом маршировал на месте, будто на плацу, а люди все стекались, пока площадь не заполнилась, и тогда спящие, словно по команде, неожиданно споро стали строиться в колонну, а, построившись, все так же молча и деловито двинулись по улице вверх, к президентскому дворцу, с соседних улиц подтягивались и встраивались в колонну все новые группы, а во главе внезапно оказался духовой оркестр – грузные седые мужчины в однотонных фланелевых пижамах с расчехленными, сдержанно поблескивающими в свете фонарей, инструментами, дирижер в широкой сорочке и плотном тканевом науснике яростно размахивал руками, музыканты подносили к губам инструменты, но не извлекали ни единого звука.


- Фонсека! Ты видишь то же, что и я? – хрипло спросил начальник караула капрал Мейрелеш.
- Так точно, мой капрал! – шепотом ответил караульный Фонсека.
- Что ты видишь?
- То же, что и мой капрал! – отчеканил караульный Фонсека, вытягиваясь во фрунт и не отводя взгляда от неуклонно приближающейся колонны.
- Тогда стреляй! – каркнул капрал. – Чего ты ждёшь?
Караульный Фонсека сглотнул, колонна спящих катилась на него, как волна, можно ли остановить волну выстрелом? Можно, прохрипел у него в голове капрал Мейрелеш, они же спят, их главное разбудить, а остановятся они сами. Разбудишь сомнамбулу – разбудишь беду, ответила капралу покойная матушка караульного Фонсеки, она всегда говорила так, когда восьмилетний Фонсека пытался растолкать ходившую во сне младшую сестру.
- Разбудишь сомнамбулу – разбудишь беду, - повторил вслух Фонсека. – Со всем уважением, мой капрал...
- Стреляй! – заревел капрал Мейрелеш. – Это приказ!
Караульный Фонсека снял винтовку с предохранителя, передернул затвор, зажмурился, и в эту секунду раздался звон меди - тромбонист в синей пижаме запнулся о выступающий камень и двинул кулисой тромбона ударника между лопаток, ударник, – ему снилось, что он едет в метро, и поезд сошел с рельсов, - попытался удержаться на ногах и всплеснул тарелками. Следом за тарелками испуганно взвизгнул кларнет, крякнул саксофон, и, перекрывая все звуки, яростно взревела туба.


...расходились быстро, испуганно, стараясь не смотреть друг на друга, матери торопливо уносили детей, даже тех, что могли ходить сами, дети капризничали, разбуженные младенцы извивались и вопили, юная пара раздирала свое желтое банное полотенце, девушка плакала, никогда в жизни ей не было так стыдно, даже когда снилось, что она вышла на улицу голой, ты бы уступил, парень, ей нужнее, чем тебе, осуждающе бросил кто-то, да пошел ты, огрызнулся юноша и так дернул за свой край полотенца, что девушка чуть не упала, погруби мне тут, ласково сказал рыжий гигант в красных штанах и без труда отобрал полотенце, мимо них, подобрав полы сорочки и шлепая матерчатыми туфлями без задников, пробежал дирижёл в наусниках, ударник с тарелками гнался за тромбонистом, и рычала, не желая успокаиваться, туба, да что же это такое, прорыдала девушка, ничего, сказал гигант, бывает, и укутал ее полотенцем, дойдешь босая-то, спросил заботливо, да, сказала она, спасибо, а я как же, растерянно спросил юноша, прикрываясь руками, а ты как-нибудь, ответил гигант.


– Фонсека! – хриплым шепотом позвал капрал Мейрелеш. – Фонсека! Ты видишь то же, что и я?
– Никак нет, мой капрал! – четко ответил караульный Фонсека. – Я вообще ничего не вижу!
– Тогда вольно, – сказал капрал и закашлялся.
Караульный Фонсека смотрел на пустую площадь и довольно улыбался, видишь, мысленно сказал он покойной матушке, я их не будил. Что, спросила матушка сонным голосом, ничего, спи, сказал караульный Фонсека, я тоже посплю. И действительно, уснул и даже не почувствовал, как начальник караула капрал Мейрелеш, вынул из его рук винтовку и, укоризненно покачав головой, поставил её на предохранитель.

Subscribe

  • (no subject)

    Оч. красивое слово – реальгар. Также красивое слово – ламбрекен. К нему есть рифма собакéн (Canis familiaris). Недавно по…

  • трасса 66

  • (no subject)

    Сыксти-сыкс.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments

  • (no subject)

    Оч. красивое слово – реальгар. Также красивое слово – ламбрекен. К нему есть рифма собакéн (Canis familiaris). Недавно по…

  • трасса 66

  • (no subject)

    Сыксти-сыкс.