lemuel55 (lemuel55) wrote,
lemuel55
lemuel55

Category:

к вопросу о национальностях

Чтоб наглазно понять разницу двух противуположных традиций  европейских пород, стоит взглянуть в Париже и в Лондоне на  уличных мальчишек: я беру именно их потому, что они неподдельны в своей грубости.
     Посмотрите, как парижские гамены смеются над каким-нибудь английским чудаком и как лондонские мальчишки издеваются над французом; в этом маленьком  примере резко  высказываются два противуположные типа двух европейских пород. Парижский гамен нагл и привязчив, он может быть несносен, но, во-первых, он остер, его шалость ограничивается шутками, и он столько же смешит, сколько сердит; во-вторых, есть слова, от которых он краснеет и сейчас отстает; есть слова, которых он никогда не употребляет, – грубостью его остановить трудно, если же пациент поднимет палку, то я не отвечаю  за последствия. Еще надобно заметить, что французских мальчиков нужно чем-нибудь поразить: красным жилетом с синими полосками, кирпичным полуфраком, необычайным кашне, лакеем, который несет попугая, собаку, вещами, делаемыми одними англичанами и, заметьте, только вне Англии. Быть просто иностранцем недостаточно, чтоб обратить гонение или смех.
     Острота лондонских мальчишек проще, она начинается с ржания при виде иностранца, лишь бы он имел усы, бороду  или  шляпу с широкими полями; потом они кричат раз двадцать: «French pig! French dog!» Если иностранец обратится к ним с каким-нибудь ответом, ржание и блеяние удвоиваются; если он идет прочь, мальчишки бегут за ним, – тогда  остается ultima ratio: поднять палку, а иногда и опустить ее на первого попавшегося.  После этого мальчишки бегут сломя голову прочь, осыпая ругательствами, а иной раз пуская издали грязью или камнем.
     Во Франции взрослый работник, сиделец или торговка никогда не участвуют с gamins в их проделках против иностранца; в Лондоне все грязные бабы, все взрослые сидельцы хрюкают и помогают мальчишкам.
     Во Франции есть щит, который тотчас останавливает самого задорного мальчика, – это  бедность.  Страна, которая не знает слова более оскорбительного, как слово beggar, тем больше преследует иностранца,  чем он беззащитнее и беднее.
*   *   *   *   *
Один итальянский  рефюжье, бывший  прежде офицером в австрийской кавалерии и без всяких средств, оставивший отечество после войны, ходил, когда пришла зимняя пора, в военной офицерской шинели. Это производило такой фурор на рынке, по которому он должен был проходить всякий день,  что  крики «кто ваш портной?», хохот и, наконец,  подергивание за воротник дошли до того, что итальянец бросил свою шинель и ходил, дрогнув до костей,  в  одном сертуке. Эта грубость в уличной шутке, этот недостаток деликатности, такта в народе, с своей стороны, объясняет, отчего женщин нигде не бьют так часто  и так больно, как в Англии, отчего отец готов бесчестить дочь, муж – жену, юридически преследовать их.
     Уличные грубости сильно оскорбляют сначала французов и итальянцев. Немец, напротив, принимает их с хохотом, отвечает таким же ругательством, перебранка продолжается, и он остается очень доволен. Обоим это кажется любезностью, милой шуткой. «Bloody dog!» – кричит ему, хрюкая, гордый британец. «Стерва Джон Буль!» – отвечает немец, и каждый идет своей дорогой.

– «Былое и думы»
Subscribe

  • (no subject)

    Оч. красивое слово – реальгар. Также красивое слово – ламбрекен. К нему есть рифма собакéн (Canis familiaris). Недавно по…

  • трасса 66

  • (no subject)

    Сыксти-сыкс.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments