панчатантра 10,
В покоях одного царя стояло несравненное ложе, наделенное всеми достоинствами. И там, в покрывале, жила вошь по имени Мандависарпини. Окруженная многочисленным потомством и наследниками — сыновьями, дочерьми и внуками от сыновей и дочерей,— она все время питалась кровью спящего царя. И от крови его она стала упитанной и приметной. Так жила она там. И вот однажды упал на это ложе занесенный ветром клоп по имени Дундука.
Попав на необычайно мягкое и благоуханное ложе с превосходным тончайшим покрывалом и двумя подушками, ложе, подобное широкому песчаному берегу Джахнави, клоп пришел в полный восторг. Прикосновение к этому ложу похитило его разум, и вот как-то, бродя взад и вперед, он по воле судьбы повстречался с Мандависарпини. Она сказала:
— Как попал ты в это жилище, предназначенное для царя? Скорей уходи отсюда.
Но тот ответил:
— Почтенная! Не говори мне так. И вот почему:
Рожденный дважды — пламя чтит.
А женщина — супруга чтит.
Брахмана — люди низших каст.
Пришельца — каждый человек!
А я — твой гость. Разного рода кровью наслаждался я: кровью брахманов, кшатриев, вайшьев и шудр. Она у них соленая, слизистая, и ею нельзя насытиться. А у того, кто спит на этом ложе, кровь, несомненно, услаждает сердце и подобна нектару. Он ведь не страдает от болезней, ибо постоянно с усердием принимает лекарства и всякие целебные зелья, предписанные врачами. Ему придают силу приятные жидкие, искусно приготовленные кушанья, крепкие от примеси сахара, граната, имбиря и перца и состоящие из превосходного мяса обитателей земли, воды и воздуха! Впитавшая все это кровь кажется мне подобной жизненному эликсиру. Потому и я хочу отведать ее по твоей милости: ведь он приносит радость и насыщение, она благоуханна.
Вошь возразила:
— Невозможно это для тех, кто, как ты, обладает огненным ртом.
Сказано ведь;
Кто места, времени, люден.
Себя и дел своих не знает —
Тот жизнь в печали покидает,
Не увидав счастливых дней.
Но клоп, упав к ее ногам, снова принялся умолять ее. И по великой своей милости она согласилась, сказав:
— Да будет так. Но ты не должен питаться кровью царя в неподходящем месте и в неподходящее время.
Он спросил:
— Каковы же подходящие место и время? Я только что пришел и не знаю этого.
Она ответила:
— Когда телом царя овладеют опьянение, усталость или сон, ты можешь осторожно кусать его ноги. Вот — единственное место и время.
И клоп согласился с этим. Но вот как-то вечером, забыв о подходящем времени и мучимый голодом, он укусил едва задремавшего царя в спину. А тот, словно обожженный раскаленным камнем, словно ужаленный скорпионом, словно тронутый головней,— тут же вскочил, схватился за спину и сказал:
— Ой! Кто-то укусил меня! Во что бы то ни стало отыщите в постели это насекомое!
Услышав слова царя, испуганный Дундука убежал и заполз в одну из щелей кровати. Тут пришли исполнители царских приказаний и, взяв светильник, усердно принялись за поиски. Волею судьбы, они настигли Мандависарпини, спрятавшуюся в шерстяной одежде, и убили ее вместе со всеми ее родственниками.
Поэтому я и говорю: «Ты не впускай к себе того…» И, кроме того, не подобает божественному покидать своих наследственных слуг. Ведь:
Кто, родичами брезгуя,
Среди чужих вращается —
Тот, как дурак Чандарава,
Пойдет тропою гибели!