Romans

конец Фронды

Кардинал Рец прибыл ко двору так рано, что их величеств еще нельзя было видеть, поэтому он зашел к Вильруа подождать времени представления. В это самое время аббат Фуке пошел к королю и сообщил о том, что кардинал Рец находится у маршала Вильруа. Король немедленно отправился к королеве, но на лестнице встретился с кардиналом, и, как пишет г-жа Моттвиль, «с благоразумной скромностью, которую он показывал и впоследствии столь превосходно во всех своих поступках, обратился к нему с ласковым лицом, спросив, не видел ли он королеву». После отрицательного ответа король пригласил кардинала идти к ней вместе с ним. Королева также хорошо приняла Гонди и он оставался у нее некоторое время, а король между тем слушал обедню. Когда же кардинал вышел от королевы, дежурный капитан телохранителей Вилькье арестовал его и отвел в свою комнату для обыска. У кардинала не нашлось ничего, кроме письма от английского короля, который просил его похлопотать в Риме о присылке денег, и наполовину готовой проповеди, которую он намеревался произнести в соборе Нотр-Дам в последнее воскресенье Филиппова поста. Между прочим, эти бумаги и теперь находятся в королевской библиотеке.
   После обыска кардиналу принесли обед, уведомив, что через несколько часов он должен будет выехать из Лувра. Около 3 часов дня за ним пришли и повели через большую галерею и павильон принцессы Орлеанской к королевской карете. Вслед за Гонди в карету сели Вилькье и пять офицеров дворцовой стражи, и она отправилась в дорогу, сопровождаемая жандармами под начальством Миоссана, отрядом легкой кавалерии под предводительством Вогюйона и г-ном Вьенном, подполковником телохранителей. Карета выехала через ворота Конференции, проехала по загородным бульварам мимо нескольких караулен, где стояли наготове батальоны швейцарцев, и часов в 9 прибыла в Венсенн. Дорога была хорошо известна Миоссану — одного за другим он возил по ней герцога де Бофора, принца Конде, а теперь и кардинала Реца.
   Арест кардинала наделал много шума; хотя народ, уже утомленный множеством событий, остался спокоен. <…>
   Collapse )
Romans

дюма и рюббенс

"– Да ведь это победа! – воскликнул король, просияв. – Полная победа!
– Да, ваше величество, столь же полная, как у Сэ" (Дюма, "Три мушкетера")

Меня еще в детстве заинтриговало это "Сэ". Прошли годы, десятилетия, и я узнал поподробнее. Это был эпизод Войны Матери и Сына – конфликта между Луи XIII и Марией Медичи. Жаркий душный пыльный день, две маленьких армии, в королевской аж две пушки, де Рец уводит свой отряд (треть королевиной армии), остальные разбегаются, нек-рые тонут в Луаре.
Был заключен Анжерский мир (хотя до него заключался Ангулемский между теми же сторонами). Про оба мира Рубенс нарисовал прикольные картины. И если на «Ангулемском мире» можно узнать Королеву, Гермеса, Ришелье и сабачьку (и еще какого-то попа, фамилию забыл), то в «Анжерском» какая-то совсем дьявольщина (с какими-то Фуриями и Исповедующими Раздор).
Я собственно ради картинок.

Romans

(no subject)

В недавнем французском ист. фильме слабый король Луи 16 видит кошмар: ему являются сильные короли-предки Луи 11, Анри-Катр и Король солнце, стыдят, обзывают выродком и шутом.
То есть так французы сейчас видят: троица "злой", "идеальный", "тщеславный".
Кто явилса бы в кошмаре нашему Николашке кровавому? иван грозный, ПВ и Н. Палкин?
Romans

(no subject)

Пару лет назад в фейсбуке (или и здесь тоже) высказывал удовлетворенность фильмом "Королева и кардинал". Вчера вечером подумал: - Ну-ка пересмотрю немного. Нет, по-прежнему всё отлично. Сценарий правильный. Артисты подобраны хорошо - не в последнюю очередь Одри Флёро и Лея Вяземская.
Romans

др

Да здраствует Вишня, а также Анчар!
Мы все под влиянием пушкинских чар.
Romans

дюма, "жизнь луи xiv"

Гийом Ботрю [Beautru], государственный советник, член Французской академии, происходил из хорошей семьи и женился на дочери генерал-прокурора, которая, поступив ко двору, не хотела носить имя Ботрю, поскольку Мария Медичи, сохранившая итальянское произношение, называла бы ее м-м «Ботру» [beau trou].