Category: общество

Romans

из хорошей книги

И вот я один на шоссе, под ласковыми лучами солнца. Все идет в обратном порядке: леса, хутора, озера… А вот и немецкий склад. Надо бы взять чего-нибудь пожрать, – неизвестно, что будет впереди. Но не тут-то было! У склада уже стоит часовой и винтовкой отгоняет меня от припасов. «Что ж ты, гад, – говорю. – Где ты был, когда мы эти припасы завоевывали!? Да не тычь ружьем! Солдата винтовкой пугать, все равно что девку энтим местом!» – вспоминаю я одну из популярных поговорок нашего старшины. Но часовой неумолим. Его поставили – он служит. Не драться же с ним… Иду дальше. Теперь уже кругом много наших войск. Какие-то кухни, мастерские, машины. На полянке, под солнышком, два упитанных молодца играют в волейбол. Ловко пасуют мяч один другому. Чистые, краснощекие, гладко выбритые. И гимнастерки на них без пятнышка. Будто и войны нет.
Поразительная разница существует между передовой, где льется кровь, где страдание, где смерть, где не поднять головы под пулями и осколками, где голод и страх, непосильная работа, жара летом, мороз зимой, где и жить-то невозможно, и тылами. Здесь, в тылу, другой мир. Здесь находится начальство, здесь штабы, стоят тяжелые орудия, расположены склады, медсанбаты. Изредка сюда долетают снаряды или сбросит бомбу самолет. Убитые и раненые тут редкость. Не война, а курорт! Те, кто на передовой – не жильцы. Они обречены. Спасение им – лишь ранение. Те, кто в тылу, останутся живы, если их не переведут вперед, когда иссякнут ряды наступающих. Они останутся живы, вернутся домой и со временем составят основу организаций ветеранов. Отрастят животы, обзаведутся лысинами, украсят грудь памятными медалями, орденами и будут рассказывать, как геройски они воевали, как разгромили Гитлера. И сами в это уверуют! Они-то и похоронят светлую память о тех, кто погиб и кто действительно воевал! Они представят войну, о которой сами мало что знают, в романтическом ореоле. Как все было хорошо, как прекрасно! Какие мы герои! И то, что война – ужас, смерть, голод, подлость, подлость и подлость, отойдет на второй план. Настоящие же фронтовики, которых осталось полтора человека, да и те чокнутые, порченые, будут молчать в тряпочку. А начальство, которое тоже в значительной мере останется в живых, погрязнет в склоках: кто воевал хорошо, кто плохо, а вот если бы меня послушали!
Collapse )
Romans

(no subject)

...будет что сообщить - сообщу непременно, будьте уверены.


А вы пока о себе. Как успехи в гольф? У вас поле на 18 или на 9? Довольны ли вашим депутатом? Шерифом? Как прошел последний благотворительный бал? Что новенького про внуков (Королевиных, михалковских)? На филиппинах, говорят, вулкан извергся. Ужас!
Romans

(no subject)

Из древностей моего ЖЖ (2010): Беломорско-Балтийский канал

…Нацмены были до сих пор в тени, на задворках строительства. Надо взять в оборот эту большую, мало использованную, рыхлую и колеблющуюся силу! Надо разбить басни, придуманные лагерными пижонами, что все эти Багдасаровы, Мусургалиевы, Умаровы, гурух-Заде, Махмудовы не хотят ударить палец о палец: помилуйте, куда им строить – им бы только раскачиваться и петь. И тут, как всегда вовремя, выступает на сцену стремительный стиль чекистской работы, с его глубокой разведкой, взвешиванием деталей, просвечиванием и отбором людей и прямым ударом по больному звену.
…Первое время по приезде в лагерь нацмены ходят испуганными. Всё непонятно им. Люди, которые ими руководят, канал, который они строят, и еда, которую они жуют. Щи – великое русское лакомство – внушает им отвращение; они чураются щей: это пахнет свиньей. Они не умеют ходить в валенках, их тянет назад, их качает. Неделями они забывают умываться.

<Или вот элементы экуменизма на Беломорканале:>
…По следственным делам установлено: попы снюхиваются с муллами.
Поп Худяков: Обижают ваших?
Мулла Гумриев: Темный народец. Бараны, господин священник.
Поп Худяков: А вы их просвещайте по-божески.
Мулла Гумриев: Стараюсь, господин священник.

…Ночью с радиостанции, стоящей на горе в километре от Главного дома, зампреду ОГПУ тов. Ягода была послана телеграмма:
Докладываю: слеты ударников, женщин, нацменов прошли хорошо. Перелом обеспечен. Нацмены вступают в строй.
ФИРИН

Вот кто конкретно это писал? Корнелий Зелинский или Бруно Ясенский? Всеволод Иванов, Вера Инбер или Хацревин?
Romans

для детей

Вбегают подруги Эльзы.
1-я подруга. А вот и мы!
2-я подруга. Мы — лучшие подруги Эльзы.
3-я подруга. Мы жили душа в душу столько лет, с самого детства.
1-я подруга. Она у нас была самая умная.
2-я подруга. Она была у нас самая славная.
3-я подруга. И все-таки любила нас больше всех. И зашьет, бывало, что попросишь, и поможет решить задачу, и утешит, когда тебе кажется, что ты самая несчастная.
1-я подруга. Мы не опоздали?
2-я подруга. Вы правда будете драться с ним?
3-я подруга. Господин Ланцелот, вы не можете устроить нас на крышу ратуши? Вам не откажут, если вы попросите. Нам так хочется увидеть бой получше.
1-я подруга. Ну вот, вы и рассердились.
2-я подруга. И не хотите разговаривать с нами.
3-я подруга. А мы вовсе не такие плохие девушки.
1-я подруга. Вы думаете, мы нарочно помешали попрощаться с Эльзой.
2-я подруга. А мы не нарочно.
3-я подруга. Это Генрих приказал нам не оставлять вас наедине с ней, пока господин дракон не разрешит этого…
1-я подруга. Он приказал нам болтать…
2-я подруга. И вот мы болтаем, как дурочки.
3-я подруга. Потому что иначе мы заплакали бы. А вы, приезжий, и представить себе не можете, какой это стыд — плакать при чужих.

(Евгений Шварц)
Romans

простое и глубокоэ

Демократия - вещь хорошая, оч. хорошая. Только ею надо уметь пользовацца. Она предусматривает свободу, но отнюдь не волю.

Она предусматривает разделение властей. То есть: законодательная власть постановляет, что нельзя вывешивать на улке флаг со свастикой (если это не кино про немцов), или вот нельзя после 8 утра вытряхивать на улке коврики. Исполнительная власть обязана зажопить тех, кто это нарушает, а судебная - выписать им срокъ.

НО! Можно невозбранно рассуждать в кругу знакомых о том, что свастичка - это индийский символ плодородия, или что вытряхивание коврика на Чугунной улице или Cotton St. никому не мешает.
Romans

(no subject)

В последнее время почитывал кое-что про Чернышевых, Шуваловых, всю эту елизаветинскую братию. Люди заметные, про Шувалова даже стихи сложены. Вот я повторю их здесь (ибо уже вывешивал). Это не Ломоносов - но Левин.

ГАВРИЛОВ И ШУВАЛОВ

Ушли Данилов и Панфилов,
ушли Денисов и Шаталов,
остались бедные Гаврилов
и, разумеется, Шувалов.
Одни, одни среди дебилов,
среди уродов и шакалов
остались бедные Гаврилов.
И, разумеется, Шувалов.

– Мы все умрём, – сказал Гаврилов
и зарыдал что было силов.
– Увы-увы! – вздохнул Шувалов
и головою покачалов.
– О, нет, не все! – вскричал Гаврилов
и тихо к небу воспарилов.
– О, да, не все! – вскричал Шувалов,
над миром медленно взлеталов.


– Мы будем жить! – кричал Гаврилов
и шляпу в небо запустилов.
– Мы будем петь! – кричал Шувалов,
ботинком по небу моталов.
– Мы будем тут! – они вопили.
– Мы будем там!  – они кричали.
И пролетающим бортам
на позывной не отвечали.
Romans

(no subject)

– Не встанем, мамо! не встанем! умрем, а не встанем! – кричали запорожцы.
Потемкин кусал себе губы, наконец подошел сам и повелительно шепнул одному из запорожцев. Запорожцы поднялись.
Тут осмелился и кузнец поднять голову и увидел стоявшую перед собой небольшого роста женщину, несколько даже дородную, напудренную, с голубыми глазами, и вместе с тем величественно улыбающимся видом, который так умел покорять себе всё и мог только принадлежать одной царствующей женщине.
– Светлейший обещал меня познакомить сегодня с моим народом, которого я до сих пор еще не видала, – говорила дама с голубыми глазами, рассматривая с любопытством запорожцев. – Хорошо ли вас здесь содержат? – продолжала она, подходя ближе.


Слышал, что Елена Миронова (Helen Mirren) играет гл. роль в выходящем вскоре минисериале "Екатерина Великая".
Надеюсь, что хоть у англов получицца. А то наши на эту благодарно-благодатную тему последние 30 лет снимают одно гавно.
Romans

англ. яз.

Пишет Воннегут:
The black people... went on talking English every which way. They refused to read books they couldn’t understand — on the grounds they couldn’t understand them. They would ask such impudent questions as, “Whuffo I want to read no Tale of Two Cities? Whuffo?”

Не только чёрные. В теневом правительстве лейбористов есть министр по делам бизнеса - 40-летняя тётя, вполне белая, говорит со страшной отчетливостью, но вот... она родом из Манчестера, дитя семьи трудовой, и наверно поэтому-то произносит London как Лундн и industrial как индустриэл. Не считая мелочей, например не-произношения последней буквы в словах типа despite и right.